Забыли пароль?

РЕЛИГИОЗНЫЙ ОПЫТ КАК ИНТЕРПРЕТАЦИЯ В РЕЛИГИОВЕДЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЯХ (НА ПРИМЕРЕ КОНЦЕПУАЛЬНОЙ ПОЗИЦИИ А. МЕНЯ)

РЕЛИГИОЗНЫЙ ОПЫТ КАК ИНТЕРПРЕТАЦИЯ В РЕЛИГИОВЕДЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЯХ (НА ПРИМЕРЕ КОНЦЕПУАЛЬНОЙ ПОЗИЦИИ А. МЕНЯ)Статья опубликована в №1 (сентябрь) 2013 Разделы: Размещена 20.09.2013. РЕЛИГИОЗНЫЙ ОПЫТ КАК ИНТЕРПРЕТАЦИЯ В РЕЛИГИОВЕДЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЯХ (НА ПРИМЕРЕ КОНЦЕПУАЛЬНОЙ ПОЗИЦИИ А. МЕНЯ) Современное религиоведение не может быть конфессионально или аксиологически ориентировано. Одновременно с вышесказанным утверждением следует заметить, что религиоведческие исследования не должны превращаться в «единообразно-ортодоксальное религиоведение»[1], где изучение такого разнообразного и специфичного предмета, как религия, может быть отдано на откуп, либо верующим, либо материалистично ориентированным ученым.  Направленность религиоведов на объективность и эмпиризм в исследованиях предполагает с одной стороны ориентированность на равенство мировоззрений в ценностном и гносеологическом отношениях, с другой – «вживание» и определенную долю эмпатии по отношению к изучаемым религиозным феноменам. Но именно такая противоречивость в религиоведческих исследованиях порождает парадокс мировоззренческой интерпретации. Все дело в том, что под ориентированностью на равенство мировоззренческих позиций предполагает не просто абстрагирование от своих аксиологических  предпочтений. В действительности равенство мировоззренческих позиций предполагает нивелирование (уравнивание, уничтожение различия) любых этических предпочтений, при непосредственном сохранении моральных норм, которые и порождают такое отношение. Такая аксиологическая дилемма в исследованиях затрагивающих мировоззренческие феномены свойственна любой форме миропонимания. Но, если формы миропонимания, возникшие благодаря развитию свободомыслия и  в основе которых находится достаточно свободное аксиологическое поле, могут минимизировать эту дилемму, то религиозные формы миропонимания остро и болезненно реагируют на аксиологическую дилемму в исследовательской деятельности. Еще основатели современного религиоведения ставили вопрос соотнесения объективного и аксиологического контекста между собой.

В своей первой лекции 19 февраля 1870 году, М. Мюллер говорил: «Подлинное почтение к предмету, каким бы священным, каким бы дорогим для нас он ни был, проявляется в подходе к нему с полным уважением; без страха и без предубеждения; безусловно, с нежностью и любовью, но прежде всего с неуклонным и бескомпромиссным стремлением к истине (выделено мной – О. К.)»[2]. При этом являясь верующими людьми основатели религиоведения старались найти такие формы интерпретации полученных эмпирических данных, который не противоречили бы тому религиозному  Абсолюту, на который они ориентировались  в своих этических предпочтениях. В той же самой лекции, чуть дальше М. Мюллер утверждает: «По моему скромному мнению, она (наука о религии - О. К.) не ведет к утрате того, что является существенным для истиной религии, и, если мы честно взвесим все «за» и «против», выигрыш будет неизмеримо больше, чем потери»[3]. Вроде бы методологические основы науки о религии указаны и сформированы в начале ее возникновения, но после 20 века, время интенсивного развития этой научной области, снова требуется определять границы религиоведения и проводить демаркационную линию между наукой и смежными ненаучными областями познания[4]. Особенно эта тема актуальна для религиоведения на территории постсоветского пространства, где долгое время главенствовал идеологический диктат ориентированный на воинствующий атеизм, а после падения Советского Союза, наметилась тенденция клерикализации различных сфер социума, в том числе религиоведения[5]. Поэтому так важно рассмотрение концептуальных позиций исследователей, которые являясь ярким представителем какой-либо религиозной или светской системы старались не противоречить научной истине,  не выходя за рамки научного объективизма интерпретировать полученные данные в соответствии с Абсолютом своего миропонимания. Одним из таких исследователей можно считать священника Русской православной церкви, протоиерея  Александра Меня. Александр Вольфович (Владимирович) Мень (1935-1990), отечественный богослов, религиовед и философ. Его труды, мысли и просветительная деятельность внесли заметный вклад в российскую культуру. Долгое время он считался в советской стране «неудобным» мыслителем. Официальная научно-академическая элита из-за идеологического контроля сверху не признавала и профессионально не реагировала на социальные и религиоведческие концепции А. Меня. А близкие ему по мировоззрению и духовному служению православно-богословские круги из-за засилья консерваторов и фундаменталистов[6] воспринимали его теологические построения как модернизм, который в их глазах выглядел ересью. Но даже в таких неблагоприятных условиях этот подвижник-пастырь смог периодически вести  теоретические  исследования, частично публиковать их за рубежом (обычно анонимно, под псевдонимом)  и активно влиять на обширный круг отечественных  диссидентствующих интеллигентов.

В своих трудах А. Мень рассматривает и критически переосмысливает обширный круг актуальных проблем социального бытия,  культурных традиций и взаимоотношений на уровне общества, социальных групп и личности.  В разрез ортодоксальному провиденциализму А. Мень принимает тезис о решающей роли культуры в  жизнедеятельности общества и настаивает на том, что именно ее освоение и формирует «настоящего человека». Не последнее место в трудах А. Меня занимают вопросы толерантного отношения к инаковерующим людям. Именно толерантное отношение, которое в свете рациональных размышлений также видится противоречивым, позволило А. Меню исследовать и интерпретировать эмпирические данные, не противореча своим внутренним убеждениям. В своем «Кредо» А. Мень утверждает, что благодаря своей вере он открыт «всему ценному, что содержится в христианских исповеданиях и нехристианских верованиях», а сама вера исходит из догматических и канонических предписаний вселенского православия[7]. Основная религиоведческая проблематика работ А. Меня направлена на исследование существования религиозных верований в динамике исторического процесса. Этой историко-религиоведческой проблеме посвящена его 7-томная серия «История религий: В поисках Пути, Истины, Жизни», где  А. Мень смог показать все богатство других религиозно-философских традиций исходя из миропонимания православного человека.

В историко-религиоведческой серии Мень проявив себя по-настоящему толерантным человеком, не принижая и не унижая другие верования, попытался раскрыть глубину таких религиозно-мировоззренческих традиций, - как восточный и западный политеизм (индуизм, египетская, греческая и римская религии и др.), иудаизм, даосизм,  буддизм, атеизм. А. Мень затронул и проанализировал  философские доктрины Древнего мира: конфуцианство, пифагорейство, платонизм и др. Понимая  историческую эпоху, в которой работал и творил российский, религиозный мыслитель и религиовед, а также мировоззрение самого Меня, следует отметить, что отмеченная выше толерантность это не просто требование времени и идеологии, а именно глубокая рефлексия, которая указывает на миропонимание этого пытливого  мыслителя. Особо стоит отметить «Библиологический словарь» А. Меня.  Который на  фоне других апологетических работ этой тематики можно с уверенностью назвать религиоведческим исследованием[8], где собраны не только узкоконфессиональные богословские взгляды на Библию, но и попытка предоставить читателю весь спектр воззрений на эту книгу, начиная от Отцов Церкви и евангелистов, заканчивая, трактовками новых религиозных движений и светскими исследованиями. Кроме предоставленного широкого спектра трактовок понимания Библии в «Библиологическом словаре» этот словарь содержит в себе уроки веротерпимости. В таких актуальных на сегодняшний день статьях, как  «Аввакум Петров, протопоп», «Мифологическая теория происхождения христианства», «Бёме Я.», «Иеговистская экзегеза», «Социальные интерпретации Библии», «Мунистская интерпретация Библии», «Неоведантистский подход к Библии» и во многих других, представлены иные религиозно-мировоззренческие взгляды и толкования библейских текстов. Во всех статьях в первую очередь прослеживается попытка понять иную точку зрения, указать на ее основные принципы и основания и только потом, в большинстве случаев в конце статьи идет указание, что данное миропонимание не может быть принято православием. Заключая выше сказанное можно обозначить один важнейший принцип позволяющий отнести исследователя, который изучает и рассматривает иное верование или миропонимание, через призму своей мировоззренческой интерпретации, к религиоведу, а его работы к религиоведческим исследованиям –  толерантность. На этот принцип обязан опираться любой религиовед в своих исследованиях в ином случае исследователь начинает маскировать свои абсолютные ценности в форму объективных истин, превращая науку в апологетику своего мировидения.

Поэтому опираясь на слова А. Меня можно сказать, что верующий ученый, должен быть открытым «ко всем проблемам мира, полагая, что любая из них может быть оценена и  осмыслена в свете веры»  понимая, «что зараженность той или иной сферы грехом не может быть поводом для ее отвержения»[9].   1. Мень А., протоиерей Библиологический словарь. В 3 т. – М.; Фонд имени Александра Меня, 2002 2. Мень А. В. История религии: В поисках Пути, Истины и Жизни. В 7 т. Т. 5: Вестники Царства Божия: Библейские пророки от Амоса до Реставрации (VIII-IV вв. до н. э.). — М.: СП «Слово», 1992. 3. Мень А. В. История религии: В поисках Пути, Истины и Жизни. В 7 т. Т. 6: На пороге Нового Завета: От эпохи Александра Македонского до проповеди Иоанна Крестителя.— М.: СП «Слово», 1993. 4. Мень А. Магизм и единобожие. – М.; Изд-во Эксмо, 2004.

5. Мень А. В. История религии. В 2-х кн. Кн. 2-я: Пути христианства: Учеб. пособие. — М.: Издательская группа «ФОРУМ-ИНФРА-М», 1997. 6. Мень А., протоиерей Трудный путь к диалогу. – М.: Фонд имени Александра Меня, 2001.

7. Мень А. У врат молчания. М.; Изд-во Эксмо, 2005. 8. Писманик М. Г. Религиоведческие размышления.//Религиоведение. 2006. №3.С. 189-199 9. Религиоведение. Хрестоматия/Пер. с англ., нем., фр. Сост.

и общ. ред. А. Н.Красникова.- М.; «Книжный дом «Университет», 2000. Рецензии: 4.12.2015, 14:37 Рецензия : Статья написана на интересную, актуальную, но весьма сложную тему. И хотя она дана в разделе "Религиоведение", однако в ней есть аспекты чисто философские (имеется в виду светско-философские, поскольку существуют аспекты и религиозно-философские), безусловно - этические, теологические, исторические, то есть статья носит междисциплинарный характер.

Не все аспекты автор охарактеризовал одинаково ровно, но в целом с поставленными задачами справился. статья может быть рекомендована. Комментарии пользователей:

Видео дня:


Комментарии (0) Просмотры: 79
Реклама
Реклама
Реклама