Забыли пароль?

СЛОЖНОЕ СИНТАКСИЧЕСКОЕ ЦЕЛОЕ С ПАРАЛЛЕЛЬНОЙ СВЯЗЬЮ В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ НАРОДНОГО ПИСАТЕЛЯ МОРДОВИИ К. Г. АБРАМОВА

СЛОЖНОЕ СИНТАКСИЧЕСКОЕ ЦЕЛОЕ С ПАРАЛЛЕЛЬНОЙ СВЯЗЬЮ В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ НАРОДНОГО ПИСАТЕЛЯ МОРДОВИИ К. Г. АБРАМОВАСтатья опубликована в №6 (февраль) 2014 Разделы: Размещена 15.02.2014. СЛОЖНОЕ СИНТАКСИЧЕСКОЕ ЦЕЛОЕ С ПАРАЛЛЕЛЬНОЙ СВЯЗЬЮ В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ НАРОДНОГО ПИСАТЕЛЯ МОРДОВИИ К. Г. АБРАМОВА доктор филологических наук, профессор ФГБОУ ВПО "Мордовский государственный педагогический институт имени М. Е. Евсевьева" УДК 811.511.152   Работа выполнена при финансовой поддержке РГНФ в рамках научно-исследовательского проекта «Параметры текстообразования в художественном пространстве Народного писателя Мордовии Кузьмы Григорьевича Абрамова» (проект 13-14-13002). До настоящего времени в лингвистической литературе нет единой точки зрения по вопросу о том, как связаны компоненты сложного синтаксического целого (ССЦ) и отдельные самостоятельные ССЦ между собой. Некоторые ученые считают, что между отдельными самостоятельными предложениями, объединенными в сложное целое, такие же логико-смысловые и синтаксические отношения, как и между частями сложного предложения, но выражены они несколько в ослабленном виде, менее ярко (Н. В. Кирпичникова, В. А. Кухаренко, В. В. Суренский, И. А. Фигуровский). Другая точка зрения заключается в том, что основным видом соединения смежных предложений является присоединительная связь (Г. Н. Валитов, А. П. Величук, А. Б. Кошляк, М. Е. Шафиро, Л. В. Шишкова).

В своих  работах  мы придерживаемся точки зрения Г. Я. Солганика, который выдвигает  понятия «цепной» и «параллельной» связи [7; 8]. Компоненты ССЦ, являющегося основной структурной единицей текста в прозе К. Г. Абрамова, чаще всего объединены цепной связью [более подробно об этом см. в наших работах: 4; 5; 6], однако параллельная связь также имеет место, при этом обладает достаточной специфичностью. «При параллельной связи, – отмечает Г. Я. Солганик, – предложения не сцепляются одно с другим, а сопоставляются, при этом благодаря параллелизму конструкций, в зависимости от лексического "наполнения", возможно сопоставление или противопоставление» [7, с. 132]. Сочетания предложений в семантическом отношении составляют единство, части которого одинаково относятся к целому и раскрывают его смысл. К. Г. Абрамов использует параллельный тип связи компонентов ССЦ при создании описания и повествования. При этом виде связи в проанализированных нами текстах во всех последующих предложениях раскрывается та мысль, о которой сообщается в первом предложении. Интонация перечислительная, почти такая же, как и в предложениях, осложненных однородными членами. Компоненты ССЦ обычно одинаковы или близки по каким-либо признакам: синтаксической структуре, порядку слов, формам глаголов-сказуемых и т. д. В произведениях К. Г. Абрамова наиболее отчетливо специализация параллельной связи выражается в макро - и микротекстах описательного жанра, когда речь идет об одновременно происходящих действиях, одновременно имеющихся каких-либо признаках. Отдельные предложения комплекса можно и опускать. Это обеднило бы описываемую картину, но не нарушило бы ни общего смысла, ни формальной структуры.

Особым образом обстоит дело только с начальной и конечной фразами. Начальное предложение необходимо, никак не может быть опущено, так как оно, чаще всего, представляет собой предпосылку для остальных деталей картины и служит зачином. Аналогичную роль, но как бы в противоположном ракурсе,  может  выполнять заключительное  предложение – концовка ССЦ, – объединяя все приведенные в предыдущих компонентах детали картины, суммируя их и образуя тем самым нижнюю границу сложного синтаксического целого: Валскесь сэтьме. Вень вармась оймась. Менелесь кармась ванськадомо. Виренть велькска варштась чинть якстере краезэ.

Ульця ютксто марятотсть скалонь ды ревень парамот. Панить стада » [1, с. 56] «Утро тихое. Ночной ветер утих. Небо стало очищаться. Над лесом показался красный край солнца. На улице слышно мычание коров, овец.

Гонят стадо». Все компоненты этого фрагмента преследуют одну коммуникативную цель – дать картину тихого раннего утра. Читатель предупрежден об этом первым же предложением – Валскесь сэтьме «Утро тихое». Отдельные признаки этого времени суток отмечаются в каждом компоненте, являющимся автосемантичным предложением.

Рассматривать эти конструкции как одиночные, по всей видимости, нет смысла, так как они характеризуются логико-смысловой цельностью, однотемностью. Иными словами, они обладают признаками ССЦ, основу которого составляют параллелизм структу­ры (в большинстве предложений прямой порядок слов) и единство форм сказуемых (глаголы и вербализованные формы в настоящем времени или прошедшем в перфектном значении). Для всех повествовательных контекстов общими син­таксическими признаками являются параллелизм струк­туры и единство форм выражения сказуемых (глаго­лы или вербализованные части речи в прошедшем времени). Параллелизм структуры обыч­но выражен с большей или меньшей полнотой (случаи полного параллелизма сравнительно редки). Как правило, он выражается в том, что подлежащие предшествуют сказуемым и часто открывают предложение. Это наиболее обычный порядок слов в компонентах ССЦ повествовательного типа, обусловленный их специ­фикой, назначением. Повествовательные контексты раскрывают тесно связанные между собой явления, события, действия как объективно проис­ходившие в прошлом. Компоненты таких ССЦ не описывают действия, а повествуют о них, передавая само событие, само действие: Цеторкинэнь семиязо покш. Полок лангсто, каштом чирева, эземстэ ды мик эзем алдо неявить тейтерькань ашо прят.

Кемгавтово эйкакшт – весе тейтерть. Совицятнень каршо каштомо икельде лиссь Цеторкинэнь низэ, Наста баба. Рунгозо таго неяви эчкекс – канды кемголмовоце [1, с. 72] «У Цеторкина семья большая. С полатей, края печи, со скамейки и даже из-под скамейки видны белые головы девочек. Двенадцать детей – все девочки. Навстречу входящим из-за печки вышла жена Цеторкина, баба Наста (Настя). Стан [ее] снова кажется толстым – беременна тринадцатым». Все предложения этого ССЦ автосемантичны, за исключением последнего, синсемантичного.

Роль связочного средства выполняет притяжательный суффикс имен существительных - зо. Он показывают на принадлежность предмета третьему лицу единственного числа и по существу заменяет лично-притяжательное местоимение сонзэ «ее», ср.: сонзэ рунгозо «ее стан». В редких случаях некоторые члены соединяемых предложений (чаще всего первые, стоящие в начале компонентов) имеют одинаковое лексическое выражение. В этом случае параллельная связь усиливается анафорой, и ее  можно  называть  «параллельной  анафорической» [7, с. 133]. За счет анафоры повышается эмоциональность речи, ее экспрессивность, действенность. Но прежде всего эта фигура выражает смысловые отношения между компонентами ССЦ, служит средством их связи, объединения внутри более крупного речевого целого.

У К. Г. Абрамова мы выделили ССЦ с анафорическими подлежащими, оформленными личными местоимениями мон «я», минь «мы», сон «он, она, оно». Повторяясь, они используются для характеристики какого-либо лица и способствуют экспрессивности речи: <…> Захар снартсь ертомо кеденть, но кедесь эзь ертово. Сон содась: нись сялгозь ваны човонезэнзэ. Сон вадрясто содасынзе неть сэнь сельметнень виест, конат маштыть цитнеме вечкемань толсо ды пицеме кежсэ. Сон евтнизе братонть марто кортнеманзо <…> [1, с. 84–85] «<…> Захар попытался сбросить руку, но рука не сбросилась.

Он знал: жена пристально смотрит в [его] затылок. Он хорошо знает силу этих синих глаз, которые умеют блестеть огнем любви и обжигать гневом. Он поведал о разговоре с братом <…>». Для абрамовских контекстов, об­разуемых параллельными связями, характерны односоставные номи­нативные и безличные предложения в роли зачинов. В ССЦ они высту­пают в сочетании с близкими им по синтаксическо­му значению типами предложений: Кизэнь пси чи. Пулев кияванть Явлейстэ Найманов сыть кавто ломанть.

Вейкесь алкине, нурькине ды кичкере пильге,  омбоцесь седе сэрей, чамазо вельтявт раужо сакалсо [3, с. 312] «Жаркий летний день. По пыльной дороге из Явлея в Найманы идут два человека. Один низенький, коротенький и кривоногий, другой повыше, лицо [его] покрыто черной бородой»; Пси. Менеленть куншкасо чись гайни толпаргокс. Розь паксясь теевсь солавтозь штакс. Ванат лангозонзо, ды маряви теть: лаки, мерят, нейке туи чудеме [2, с. 315] «Жара. В середине неба солнце полыхает огнем. Ржаное поле превратилось в тающий воск. Смотришь на него, и кажется тебе: кипит, словно сейчас же потечет»; Чопода.

Увны варма. Моли лов [2, с. 153]«Темно. Гудит ветер. Идет снег»; Вирьсэнть  чопода.

Сэтьме. Надянень маряви, кода стакасто лексить вакссонзо кавто сулейть [2, с. 210]«В лесу темно. Тихо. Наде слышно, как тяжело дышат рядом с ней две тени». Таким образом, параллельный тип связи К. Г. Абрамовым широко используется при создании текстов описательного и повествовательного жанров.

За его счет повышается эмоциональность речи, ее экспрессивность. Компоненты ССЦ обычно одинаковы или близки по синтаксической структуре, порядку слов, формам глаголов-сказуемых и т. д. 1. Абрамов К. Г. Ломантне теевсть малацекс = Люди стали близкими: роман. – Саранск: Мордов. кн. изд-во, 1961. – 428 с. – Мордов.-эрзя яз. 2. Абрамов К. Г. Качамонь пачк = Сквозь дым: роман. – Саранск: Мордов.

кн. изд-во, 1964. – 556 с. – Мордов.-эрзя яз. 3. Абрамов К. Г. Исяк якинь Найманов = Вчера ходил в Найманы: роман. – Саранск: Мордов. кн. изд-во, 1987. – 318 с. – Мордов.-эрзя яз. 4. Водясова Л. П. Сложное синтаксическое целое как основная единица микротекста в прозе К. Г. Абрамова: монография / Мордов. гос. пед. ин-т. – Саранск, 2013. – 115 с. 5. Водясова Л. П. Структурно-семантическая организация сложного синтаксического целого в прозе К. Г. Абрамова // «Этнокультурное и социально-экономическое развитие коренных малочисленных народов Севера», Междунар.

науч. конф. «Этнокультурное и социально-экономическое развитие коренных малочисленных народов Севера», 21–23 апр. 2013 г. [материалы]. – Ханты-Мансийск, 2013. – С. 90–102. 6. Водясова Л. П., Уткина Т. В. Лингвистические сигналы начала и конца сложного синтаксического целого в прозе К. Г. Абрамова // Вестник Челябинского государственного педагогического университета: науч. журн.

– 2013. – № 10. – С. 352–364. 7. Солганик Г. Я. Синтаксическая стилистика. – М.: Высш. шк., 1973.

– 216 с. 8. Солганик Г. Я. Синтаксическая стилистика. – 4-е изд. – М.: Едиториал URSS; ЛКИ, 2007. – 232 с. Рецензии: 15.02.2014, 15:33 Рецензия : Весьма интересная работа, в которой автор доказывает использование параллельного типа связи в произведении К. Г. Абрамова, способствующего повышению эмоциональности и эспрессивности речи. Настоятельно рекомендую к публикации. 15.02.2014, 23:39 Рецензия : Представленная статья посвящена особенностям связи компонентов сложного синтаксического целого в произведениях К. Г. Абрамова. Актуальность данного исследования не вызывает сомнения, поскольку изучение организации художественных произведений является перспективным направлением синтаксиса текста. Автор на основе большого фактического материала раскрывает специфику использования параллельного типа связи компонентов ССЦ в текстах произведений К. Г. Абрамова. Интерес представляют представленные автором статьи наблюдения над контекстуальным употреблением параллельного типа связи компонентов ССЦ. В произведениях К. Г. Абрамова в контекстах описательного характера параллельная связь используется писателем для изображения одновременности действий или признаков, а в повествовательных контекстах параллельные конструкции применяются с цель представления уже свершившихся событий, действий, имеющих тесную связь. Статья выполнена на высоком научном уровне и, безусловно, может быть рекомендована к публикации.

Комментарии пользователей:

Видео дня:


Комментарии (0) Просмотры: 47
Реклама
Реклама
Реклама